Авторизация
 

День освобождения. Из книги одесситки Галины Де-Рибас

День освобождения. Из книги одесситки Галины Де-РибасИз книги вспоминаний Галины Де-Рибас "На семи ветрах". 

Дитя войны, Галина Леонидовна хорошо помнит и окружение, и оккупацию Одессы: «После первых бомбежек все уже знали сигнал опасности. Это был характерный гул немецких бомбардировщиков. Первым этот гул улавливал наш песик Марсик. Когда он начинал лаять и метаться от дома к погребу, все поскорее заканчивали дела и подтягивались к погребу поближе. Он был глубокий и большой (под половиной дома), со сводчатым потолком и толстыми стенами из известняка. А в двух стенах были тоннели арочной конструкции длиной более двух метров. Мы их называли «проминки». Вот в этих «проминках» мы сначала и отсиживались во время бомбежек. Совсем близко от нас была станция «Одесса-Товарная». Ее бомбили очень сильно. Часто мощные бомбы падали и вокруг нашего дома. Мы недоумевали: зачем бомбить одиноко стоящий в огородах дом? Наиболее правдоподобной версией остается та, что на немецких картах наш пустырь числился как подземные военные склады. После войны мы насчитали 17 глубоких воронок вокруг дома. От таких бомб погреб был плохой защитой. При прямом попадании все оказались бы погребенными под руинами дома. Поэтому уже в начале бомбежек решили делать второй выход из погреба. К глухой стене дома примыкал цементный пол, очевидно, когда-то фундамент производственной машины, очень мощный. Разобрав часть стены в «проминке», дед, Сергей и два соседа прорыли из него щель под этот фундамент, а из щели вырыли наверх наклонный лаз, который выходил в сад далеко от погреба. При бомбежках все забивались в эту щель и надеялись на лучшее».

— Название книги я позаимствовала у фильма о Великой Отечественной войне известного режиссера и сценариста Станислава Ростоцкого, — рассказывает автор. — Фильм о доме на окраине небольшого городка и его обитателях. По мере приближения фронта этот приют «на семи ветрах» становился то редакцией фронтовой газеты, то госпиталем, а затем оказался в самой гуще боев. Дом — один из персонажей фильма. Он стал пристанищем для многих людей, приходивших и покидавших его. И каждый раз, когда люди уходили, дом как будто сиротел, терял что-то важное. Сходство судеб приюта «на семи ветрах» из фильма и нашего дома, думаю, послужит оправданием моего заимствования. Приближается 71-я годовщина освобождения Одессы и 70-я окончания войны. С каждым годом из памяти стираются одно за другим события послевоенной мирной жизни. А вот годы моего раннего детства, в оккупации и после освобождения Одессы, высвечиваются все ярче. Вероятно, обстановка страха и неуверенности в завтрашнем дне, в которой мы жили, обострила восприятие окружающего мира. Я до мельчайших подробностей помню все, что происходило со мной и моей семьей, помню рассказы близких о событиях той войны.

ДЕНЬ ОСВОБОЖДЕНИЯ

"Наши наступали и бомбили железнодорожные узлы, чтобы помешать отступлению неприятеля. Разнесся слух, что на станции Одесса-Товарная разбомбили немецкие товарные вагоны с продуктами. Жители Ближних и Дальних мельниц, дачи Дашкевича и Курсак, несмотря на бомбежки, разбирали эти продукты по домам. Ранним утром 10 апреля собрались на «продовольственное» совещание и жильцы нашего дома. Предприятие выглядело очень опасным, но мой дед глубокомысленно заметил: «Наши» по своим не бьют!». Это решило дело.

Дед, соседи дядя Миша и дядя Федя отправились на станцию. Волноваться долго не пришлось. Вскоре они вернулись с ящиками, маркированными немецкими знаками. Когда вскрыли первый из них, увидели уложенные ровными рядами емкости в виде плотно запаянных цилиндров, напоминающих, как решили наши мужчины, снаряды. Все были не только разочарованы, но и сильно напуганы, а вдруг взорвется! Немецкого языка, чтобы прочитать маркировку, никто не знал. Стали решать, что делать с добычей. Выбросить в дворовый туалет? Он был очень глубокий. Думали, что это безопасно. Но остаться без туалета после взрыва, если вдруг он произойдет, плохо. Отнести закопать в Водяной балке, что недалеко от дома, так могут пострадать люди, если случайно раскопают.

Ждать «наших» и отдать им – это показалось всем лучшим вариантом. Ящики прикрыли брезентом и оставили во дворе. Тем временем проснулись мы, я и соседский мальчик Жора, и нашли ящики. Бабушка строго-настрого приказала к ним не приближаться. Лучше бы она этого не говорила, потому что заглянуть и увидеть, что там лежит, стало для нас навязчивой идеей. Улучив момент, когда во дворе никого не было, открыли ящик, увидели, как нам показалось, игрушки, схватили по одной и убежали со двора. «Цацки» скоро стали для нас неинтересными и что делать с ними мы не знали. Жора со всей силы бросил неинтересную игрушку о стенку сарая. Цилиндр сплющился, из него выдавилась белая масса и оставила след на стенке сарая. Я тоже бросила игрушку о стенку, но разбить ее мне не удалось. Тем временем об опасной находке стало известно и другим соседям. Позвали соседа с Дачи Дашкевича, деда Адама, поляка по национальности. Кстати, его жену звали Ева. Соседи часто по-доброму потешались над их жилищем, называя его «Адамов рай», хотя оно больше напоминало низкий сарайчик с крохотным окошком. Дед Адам был инвалид (без ноги) первой мировой войны, воевал с немцами и якобы знал немецкий язык. Однако и он не смог сказать, что в ящиках. Все снова склонялись к тому, что это какие-то боеприпасы и лучше их не трогать. Но тут Жора вставил свои «пять копеек». Мол, посмотрите под сараем, что из цилиндра вытекло! Короче, хотя ранее никто никогда не видел такого, но разобрались, что это тюбики с плавленым сыром. И сначала тихо, а потом все громче и громче двор наполнился смехом. Смеялись друг над другом и все вместе над самими собою. Подходили новые зрители и слушатели истории о том, как испугались плавленых сырков, как хотели выбросить их в туалет или зарыть в землю. Поскольку всем было весело, мы с Жорой избежали наказания. Нас только слегка пожурили.

Поэтому день освобождения Одессы мне запомнился как самый веселый день, когда смеются все. В этом смехе, очевидно, были облегчение и радость, что окончились страхи за своих детей и близких, которые все пережили в оккупации. Смех во дворе слышался весь день, действительно создавая праздничную атмосферу...

Больше у нас во дворе никогда так не смеялись. Вскоре начала работать почта, и мама получила похоронку на отца. Получили похоронки и наши соседки. Поэтому во дворе еще долго уже после освобождения Одессы был слышен плач. Но все равно, день 10 апреля запомнился мне как самый радостный и веселый за всю мою предыдущую жизнь длиною в шесть лет.





Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

Теги: Одессы, войны, дворе, ветрах, освобождения, когда, очень, книги, бомбежек, после, делать, Поэтому, нашего, фильма, близких, соседа, самый, сначала, запомнился, моего


Оставить комментарий
  • Новости
  • Популярное
Календарь
«    Май 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31